Понедельник , Сентябрь 28 2020
Главная / Арт-процесс / Владимир Потапов. Художник во время пандемии. Опыт дневника онлайн, как художественной хроники самоизоляции.

Владимир Потапов. Художник во время пандемии. Опыт дневника онлайн, как художественной хроники самоизоляции.

На протяжении уже почти трех месяцев, с момента объявления режима самоизоляции, мы все являемся свидетелями беспримерного онлайн проекта, проходящего на наших глазах в facebook. С 20 марта 2020 два художника – Владимир Потапов из России и Эммануэль Борнштейн, французский художник из Берлина, вели диалог и представляли каждый день свои новые произведения.

Дневник онлайн — хроника изоляции, погруженная в домашний быт, во внутренние переживания и осмысление происходящего во вне – портал Cultobzor.ru обратился к Владимиру Потапову с вопросами об этом уникальном художественном опыте.

 

Владимир Потапов «День 1. Хроники изоляции. Эммануэль, сегодня в магазине мне сказали, что макароны привезут после 19:00. Пойду проверю. А туалетной бумаги уже нет ((». Предоставлено автором.
Владимир Потапов «День 1. Хроники изоляции. Эммануэль, сегодня в магазине мне сказали, что макароны привезут после 19:00. Пойду проверю. А туалетной бумаги уже нет ((». Предоставлено автором.

 

Правильно ли я понимаю цель вашего совместного проекта – художественными средствами запечатлеть свои переживания, эмоции, страхи, наблюдения в период пандемии и самоизоляции?

Да, все верно, это наш проект с французским художников Эммануэлем Борнштейном. Еще 2 месяца назад было ощущение, что этот карантин продлится пару недель и все вернется в прежнее русло, но оказалось, что все гораздо серьезнее.

Мы только начали это осознавать. Осознавать и то, как легко человечество может погрузиться в средневековье, когда разгул неизлечимых эпидемий уничтожал города. Прошло полгода с момента появления вируса, а вакцина так и не разработана и ждать ее появления в ближайшее время не приходиться.

Есть ощущение, что эта эпидемия – разминка перед чем-то, что будет иметь более разрушительные последствия. Для современного человечества — зажравшегося и завравшегося — это оказалось отрезвляющим щелчком по носу.

Для всех, абсолютно для всех стало очевидна одна фраза «Нужно выживать!». Эпидемия объединила и неожиданно уравняла всех, а последнее еще привело к социальной разрядке – многих успокаивают сообщения о заболевании представителей власти.

И отдельно стоит отметить меры по ограничению распространения пандемии, которые все больше превращают страну в оруэлловское государство из «1984». Как можно было себе представить, что передвигаться по городу ты сможешь только с цифровым пропуском, а гулять по расписанию? Понятно, что это вынужденные меры, но власть репетицию провела, выяснила, что народ не сильно сопротивляется и где-то у себя поставила галочку по этому поводу.

И вот наш проект задумывался как раз попыткой осознать и прочувствовать все это, понять, что меняется, что исчезает, а что остается неизменным. В этой ситуации тотальной растерянности мы приняли решение начать.

Изначально не было никакой договоренности, каждый реагировал на те изменения, которые заметнее всего в его жизни. Мы одновременно включили наши сонары и стали ждать. Уже через пару дней я обнаружил, что меня больше интересует не динамика распространения эпидемии со всеми последствиями, а мое окружение и быт.

Это вынужденное заточение обратило внимание на привычные вещи, которые раньше воспринимались неразличимым фоном. Так я начал открывать вещи заново. Оптика первооткрывателя — это когда вроде бы знакомые вещи ты можешь видеть так, как будто бы впервые. Чайники, банки, пепельницы, детские игрушки, кухонные принадлежности, подъезд, дворовая площадка и прочее.

 

Владимир Потапов «День 40. Хроники изоляции. Сегодня видел как патрульные задержали молодую пару, а кроме этого, таксист отказался меня везти, потому что у меня не было цифрового пропуска». Предоставлено автором.
Владимир Потапов «День 40. Хроники изоляции. Сегодня видел как патрульные задержали молодую пару, а кроме этого, таксист отказался меня везти, потому что у меня не было цифрового пропуска». Предоставлено автором.

 

Остался ли проект в своём развитии именно в этих рамках или он приобретал новое звучание и смыслы?

Да, от первоначального вещизма я переключился на события, которые происходят в моей изоляции каждый день, то есть произошло полное совпадение с форматом ежедневного дневника. Происшествия, впечатления стали все больше наполнять мои работы.

Кроме этого, открылись интересные подробности – этот проект стал восприниматься многими как сериал, когда люди каждый день ждут новой «серии». Стоит с казать, что мой распорядок дня получил очень жесткий ритм и местами напоминает полный рабочий день на заводе у станка.

Это очень дисциплинирует, но это не превращается в обязаловку. Как можно было заметить, в последнее работах я стал много уделять внимания фигурным работам, в этом мне помогают мои сыновья Иван и Богдан. Таким образом, этот близкородственный параметр делает дневник еще более интимным. 

Весь проект с одной стороны, это — фиксация, а с другой – и это самое интересное – я упражняюсь так скажем в живописной эквилибристике и жонглировании. Я перебираю как на четках разные живописные приемы и методы.

Все то, что я делаю в мастерской теперь стало публичным. Формат этюда или не большой законченной картины позволяет мне не особо переживать и дает ценную возможность экспериментировать под наблюдением тысяч глаз.  

Нужно отметить, что открытый формат проекта позволяет быть очень мобильным и реагировать быстро как на собственные состояния, так и на внешнюю среду. Это главное достоинство проекта – я могу делать все, что хочу от темы, до стиля. Если, например, сегодня я думал, о попах, совершающих крестный ход, чтобы прогнать коронавирус, значит такой работе быть!

 

Владимир Потапов «День 51. Хроники изоляции. Выходил на улицу смотреть дождь». Предоставлено автором.
Владимир Потапов «День 51. Хроники изоляции. Выходил на улицу смотреть дождь». Предоставлено автором.

 

Такого рода проекты — это своего рода саморазоблачение художника. Не страшно было? Это ведь серьезный вызов для самого себя приоткрыть обычно недоступное зрителю? Каковы ощущения по ходу, как ты воспринимаешь прямую реакцию и комментарии?

Конечно, было страшновато, но у меня давно есть правило — идти туда и делать то, что страшно. Это синоним вызова, это такой дух первооткрывательства, который, естественно, без каких-либо гарантий на успех, скорее наоборот – с высоким риском облажаться.

Я люблю такие вызовы, потому что именно за ними скрывается исторический джекпот, если хотите. Все безрисковые выборы – это протоптанные тропинки, они всегда предсказуемы и скучны, собственно, это и есть конформизм.

Кроме этого, мне всегда хотелось вернуться к масляной живописи, вернуться безответственно, чтобы не иметь привязанности к прежнему опыту, делать все, что захочется, как ребенку. Я по-другому взглянул на этот материал, процесс, я стал заново открывать для себя масло. Это очень интересно, это как вернуться в детство, найти свой старый самолетик и попытаться вставить в него электродвигатель Тесла. Если говорить о реакции зрителя, то на это я обращаю внимание меньше всего, потому что мне виднее.    

 

Владимир Потапов «День 70. Хроники изоляции. Новое поколение примеряет свои силы». Предоставлено автором.
Владимир Потапов «День 70. Хроники изоляции. Новое поколение примеряет свои силы». Предоставлено автором.

 

Ты работаешь в подчеркнуто реалистической манере, я бы даже сказал фотореалистичной. Это диктует ситуация самоизоляции, в которой ты сейчас находишься (набор визуальных впечатлений жестко ограничен), или метод первичнее – и именно он наиболее созвучен идее проекта?

В свое время сюрреализм вернул классическую живопись, сегодня пандемия вернула реализм и вот почему – все ужимки и прыжки, свойственные как постмодернизму, так и его метастазам, оказались голосующими на обочине в надежде поймать попутку там, где не то что маршрутов нет, нет самих дорог!

Если два месяца назад реализм был последним в ряду многоголосия, то теперь чуть ли не единственный, способный обеспечить наикратчайший путь от происходящего до зрителя. Помните новую искренность в литературе в нулевые, вот прямо сейчас этот портал приоткрыт.

Я скажу больше, чем больше смертей и хуже ситуация в целом, тем выше актуальность реализма, чем ближе мы к базовым потребностям, тем больше выбор в пользу буквального, т.е. реализма, натурализма и т.д.

Помните какое искусство появилось после того, как художники, принимавшие участие в Первой мировой войне, вернулись домой? Вот! Это искусство в какой-то мере можно назвать репортажным, оно буквально иллюстрирует то, что вызывало шок и ужас.

Только в условиях тотальной сытости и избыточности есть место маньеризму, барочности, декоративным шторам и разного рода припудренностям. Тем не менее, у меня есть работы, где я занимаюсь больше языком, чем содержанием.

Могу сказать, что реалистическую живопись у нас традиционно любят, поэтому резонанс на мой дневник коснулся той аудитории, которая прежде была за горизонтом.

Тут надо понимать, что любая живописная картинка не только что-то, что оказывается на оси координат истории живописи сразу после своего появления и поэтому обнаруживает сходство в разной степени с тем, что было сделано, но это еще политический жест в том смысле, что есть сходство с любым заявлением любого политика, которое всегда имеет определенный отклик у разной аудитории. Вопрос всегда только в долях.

Аудиторий много, поэтому живопись можно представить, как определенный конструкт или приготовление супа, куда щепотками, подобно шеф-повару, бросаешь те или иные ингредиенты и специи, чтобы попасть в наиболее широкую аудиторию. Я могу сказать, что я разбираюсь и в существующих аудиториях, и в ингредиентах, и в специях. Но это расчетливый электоральный подход, мне он противен. Мне интересен философский камень от живописи. Что-то запредельное. Вот и ищу.

 

Владимир Потапов «День 77. Хроники изоляции. Мои ребята готовят новый проект». Предоставлено автором.
Владимир Потапов «День 77. Хроники изоляции. Мои ребята готовят новый проект». Предоставлено автором.

 

И в развитии предыдущего – ты задался вопросом «Весь день думал о передвижниках и о том, что в них довинтить, чтобы они сегодня предстали прорывными ребятами». Так что же в них довинтить?

Передвижники – это классные ребята, которые порвали и одновременно не порвали с академией, т.е. живопись, как визуальный язык, как была академической, так и остался. Поменялась тема работ, т.е. из классических сапог переобулись в критические.

В 1870 передвижники подают прошение министру внутренних дел А. Е. Тимашеву с просьбой утвердить проект устава Товарищества, а Монэ в это же время пишет свою знаменитую работу «Камилла, или портрет дамы в зелёном платье».

Вот вам разница!

Так как же можно докрутить передвижников, чтобы они стали опять прорывными? Думаю, что также как это происходит с любым наследством – его нужно разбазарить, прогулять или прокутить, что у нас и было сделано. Но отмечу, что советская власть инвестировала в передвижников, взяв от него все то, что эффективнее будет служить целям пропаганды, так получился соцреализм.

Если смотреть дальше, то соцреализм был с одной стороны преобразован в суровый стиль (такое же локальное явление, как и передвижники), а с другой — препарирован соцартом, высмеян и выпотрошен.

Постмодернизм в своей окончательной фазе вздернул их на городской площади у всех на виду ровно так, как это сейчас происходит в группе «Изоизоляция».

Вот и вопрос – в какое звено встраиваться, какую ветвь продолжать, за кем держать очередь или же пойти напролом, заявив о близкородственной преемственности, типа неопередвижники? Здесь ответ один — это все мертворожденные идеи, у них нет будущего.

Мне кажется, что новое передвижничество может быть таким, каким обеспечено сходство ветки Монастырского, недавно приобретенной Третьяковкой, и веткой Александра Иванова, с которой сравнивают и в зале которой состоялась презентация нового поступления. Новые передвижники должны быть одновременно максимально удалены от прадедов и также максимально приближены.

И последний вопрос – будет ли оффлайн продолжение проекта – выставка или другое воплощение?

Да, мы сейчас активно думаем об этом.

Интернет-портал Cultobzor.ru благодарит Владимира Потапова за ответы на наши вопросы, и выражает искреннее восхищение и снимает шляпу перед зримыми результатами этого уникального художественного дневника-исследования. Мы все ждём встреч в музеях и галереях – в том числе, с нетерпением, и с новыми проектами художника!

 

Check Also

Владимир Дубосарский. Владимир Потапов. Все палитры попадают в Рай.

Владимир Дубосарский. Владимир Потапов. Все палитры попадают в Рай.

С 05.12.2018 до 13.01.2019 в ЦСИ «Винзавод» — Цех Белого.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *